Голосования

Какой теорией происхождения жизни вы придержавайтесь?
 

Узнал новое?

Поделись с друзьями:

Наша кнопка

88x31 Код




Разнообразие жизни
(0 голоса, среднее 0 из 5)
Доводы против эволюции

 

Мы увидели, что жизнь не могла зародиться случайно. Клетки имеют чрезвычайно сложное строение. Нет даже малейшей вероятности того, что целая, завершенная клетка могла возникнуть по воле случая. Если бы самая первая клетка не была совершенной, ее компоненты отличались бы неустойчивостью, и не существовало бы биологического механизма, способного соединить их в одно целое. Процесс естественного отбора возможен лишь тогда, когда клетка способна воспроизводиться. Попробуйте представить компьютер, который случайно собрал сам себя! А ведь простейшая клетка на много порядков сложнее (и, кстати, гораздо меньше) самого совершенного компьютера. Или представьте компьютер, способный собрать из необработанного сырья не только себя, но и другой такой же компьютер – и все это совершенно случайно! Не удивительно, что Хойл (Hoyle) и Викрамасин (Wickramasinghe), оба убежденные эволюционисты, в семидесятые годы вели спор о том, что за пределами Вселенной должен быть Разум. Однако если эволюционисты смогли убедить себя, что жизнь зародилась благодаря случаю, значит, их трудности только начинаются. Каким же образом предполагаемая первая клетка видоизменилась и развилась сначала в беспозвоночных, затем в рыб, амфибий, рептилий, птиц, млекопитающих и, наконец, в человека?

 

Древняя ложь

 

Идея подобной последовательности возникла еще у древних вавилонян; Аристотель также учил, что предками людей были рыбы. В начале девятнадцатого века французский биолог Ламарк предположил, что приобретенные признаки могут передаваться по наследству. Вполне допустимо, что у жирафов могли развиться длинные шеи из-за того, что эти животные постоянно тянулись к сочным листьям на верхних ветвях деревьев. Правда, не совсем понятно, как выжили жирафысамки, у которых шеи короче, и молодые жирафята. Но могли ли потомки жирафа унаследовать его удлинившуюся шею? Разве мощные мышцы закрепляются в генах спортсмена-штангиста? Нет. Его дети рождаются с самой обычной мускулатурой. Идеи Ламарка не прошли проверки временем, и сейчас в кругах эволюционистов «ламаркианец» – такое же оскорбление, как и «креационист».

 

Дарвинизм

 

Полвека спустя Чарльз Дарвин предположил, что поскольку внутри родов животных и растений существуют незначительные отклонения от нормы, некоторые организмы имеют преимущества перед другими в способности к выживанию. Наиболее «приспособленные» разновидности процветают, а изменения окружающей среды выбирают из них самых приспособленных. Все это, якобы, происходит постепенно, на протяжении огромных периодов времени. Хаттон (Hutton) уже подарил Дарвину эти периоды, дав свое толкование скорости отложения осадочных слоев. Предполагаемые геологические эпохи предоставили временную шкалу, необходимую для так называемой эволюции жизни. К середине двадцатого века стало ясно, что естественный отбор производит не больше всевозможных изменений, чем искуственный. Можно, выводя новую породу собак, добиться получения все меньших и меньших особей, но все они будут собаками – и ничем иным. Если же селекция не производится, собаки скрещиваются между собой и возвращаются в прежнее состояние дворняг, наиболее приспособленных к жизни. Чем интенсивнее ведется селекция, тем менее здоровыми получаются собаки, так как некоторые их свойства отвергаются. У собаки с родословной генофонд гораздо беднее, чем у дворняжки. Подобным же образом можно вывести сорта пшеницы с более коротким стеблем и большим количеством зерен, но зерна эти будут подвержены болезни. И – в любом случае – это будет именно пшеница, и ничто иное.

 

Уже понятно, что естественный отбор – механизм сохранения, а не изменения. Подумаем, как поступил бы он с зарождающимся крылом рептилии, которая вот-вот собирается развиться в птицу. Такое частичное крыло будет обузой для вида до тех пор, пока оно полностью не сформируется и не начнет функционировать. И естественный отбор непременно уничтожит это крыло, поскольку без него прото-птице будет гораздо легче выжить.

 

Неодарвинизм

 

«Синтез неодарвинизма» провозгласил, что мутации генетического материала создают новую информацию для работы естественного отбора. Проблема неодарвинизма заключается в том, что мутации, вызываемые чаще всего излучением высокой энергии или канцерогенными химическими веществами, всегда ослабляют жизненную форму, делают ее менее способной к выживанию. Золотая рыбка-мутант с веерообразным хвостом живет гораздо меньше, чем немутировавшие (неизуродованные!) особи. Мутации почти всегда вредоносны и часто – гибельны. Никогда еще не было зафиксировано ни одной однозначно полезной мутации.

 

Биосистемы обладают защитными механизмами для предотвращения ошибок при копировании генетической информации, и поэтому в природе мутации встречаются крайне редко. На протяжении почти ста лет мутации самым тщательным образом изучались на примере мушки дрозофиллы. Срок ее жизни так краток, что удавалось вывести тридцать поколений в год. Облученные особи рождались с поврежденными глазами и крыльями, но вывести супер-муху так и не удалось – как не удалось, впрочем, в ходе этих усиленных экспериментов получить что-либо иное, кроме мухи.

 

Генетическая информация точна. Случайные мутации не могут не быть вредоносными, поскольку ведут к потере информации. Было бысмешно ожидать повышения функциональных возможностей сверхмощного компьютера, переставляя микросхемы внутри него случайным образом. Философская предпосылка, что жизнь развилась благодаря случаю, привела к абсурдному выводу, что человек – продукт долгого ряда ошибок при копировании генов простейших.

 

Эволюция на молекулярном уровне

 

Следующая проблема теории случайных изменений, избираемых средой, заключается в том факте, что генетическая информация чрезвычайно точна. Генетическая информация, скажем, рептилии точна настолько, что производит существо, абсолютно и во всем соответствую щее своей природной среде. То же самое можно сказать и о птицах. Однако, в соответствии с относительным положением рептилий и птиц в летописи окаменелостей, предполагается, что рептилии постепенно развились в птиц. Если это действительно было так, то каждая мельчайшая мутация должна была закрепиться в естественном отборе, поскольку являлась улучшением и без того совершенного замысла. Должна была быть последовательность существ, постепенно изменяющихся от рептилий к птицам, и каждое из этих существ должно было быть лучше приспособлено к предположительно изменяющимся условиям жизни, нежели его непосредственные предки. Обмен веществ холоднокровных рептилий и теплокровных птиц совершенно различен. Биомолекулы клеток их тел тоже должны были постепенно измениться. Однако эти молекулы имеют очень точную структуру, и функции их зависят от их формы, которая, в свою очередь, определяется точной последовательностью компонентов. Если вспомнить, что изменение одной только аминокислоты в последовательности компонентов человеческого гемоглобина приводит к коллапсу клетки крови и серповидной клеточной анемии, становится понятным, что невозможно добиться длинного ряда маленьких, незаметных изменений, каждое из которых облегчало бы тяжелую поступь эволюции.

 

Недостающие звенья

 

Если эволюция протекала в течение миллионов лет путем последовательности незначительных изменений, логично было бы предположить, что в природе должно быть больше переходных форм, чем статичных классов. Однако на сегодняшний день их не обнаружено вовсе! Нет ни новых, нарождающихся органов, ни отживших, рудиментарных.

 

В летописи окаменелостей тоже нет сведений об этих переходных формах, более известных под названием «недостающие

звенья». Археоптерикс считается важнейшей находкой палеонтологов, поскольку его называют переходной формой от рептилии к птице. Крупные кости и неширокая грудная клетка свидетельствуют о том, что археоптерикс был, скорее всего, нелетающей птицей – такие птицы существуют и в наши дни. На крыльях у него были когти, а на клюве – зубы. Однако когти есть и у современной птицы хоацин (juvenile hoatzin), а у многих вымерших птиц были зубы. Кстати, зубы есть далеко не у всех рептилий и млекопитающих. Зато на окаменелостях археоптерикса отчетливо видны крылья. Археоптерикс был самой настоящей птицей, а никакой не переходной формой. Об этом говорит и тот факт, что окаменелость, названная Proavis, очень похожая на современную птицу, была обнаружена в геологической колонне гораздо ниже, чем археоптерикс.

 

«Прерывистое равновесие»

 

Тот факт, что археоптерикс – лучший пример переходной формы говорит нам, что доказательства летописи окаменелостей в пользу эволюции чрезвычайно скудны. Два ведущих американских эволюциониста даже предположили, что эволюция вовсе не протекала постепенно. Так называемая теория «прерывистого равновесия», разработанная Элдреджем (Eldredge) и Гоулдом (Gould), гласит, что в малых изолированных сообществах происходили быстрые, скачкообразные перемены («быстрые» – с точки зрения геологических «миллиардов лет»). Эти изменения протекали столь стремительно, что не оставили следа в летописи окаменелостей. Длительные периоды равновесия внезапно прерывались краткими, но глобальными переменами. Подобные гипотезы возможны потому, что геология не дает никакой информации о переходных формах. С 1990 года Гоулд успел выдвинуть еще одно объяснение механизма эволюции, на этот раз базирующееся на чрезвычайном разнообразии окаменелых форм жизни в Бергесс Шейлз. По этой теории случай – единственный вершитель всех перемен; роль же естественного отбора сведена к нулю... Кстати, на сегодняшний день существует как минимум полтора десятка теоретических моделей эволюции. Если бы хоть одна из них была удовлетворительной, ею можно было бы и ограничиться!

 

Эволюция и усложнение

 

Мы уже говорили о том, что даже одноклеточные формы жизни имеют чрезвычайно сложное строение. А человеческий мозг считается самой высокоорганизованной материей во Вселенной. В процессе эволюции от одноклеточных к человеку все формы должны были усложниться по воле случая и времени, как утверждают эволюционисты. Неотъемлемым свойством эволюции называют постоянное усложнение видов – но разве могло оно произойти спонтанно? Сколько энергии не добавляй в открытую систему, результатов не будет. Необходима информация, получаемая от Создателя (однако Создатель сам сказал нам, что Он сотворил все живое по роду его). На какие только хитрости не пускались сторонники теории эволюции, ломая головы над проблемой «спонтанного усложнения»! Создавались специальные компьютерные программы, призванные доказать возможность увеличения порядка без привнесения информации! Конечно, когда система далека от равновесия, беспорядочные изменения могут вести к временному увеличению порядка, но такой «прогресс» случаен, и поддерживать его невозможно.

 

Согласованного механизма нет

 

Создается впечатление, что в вопросе о механизме эволюции меж эволюционистами «согласья нет». Но этот механизм теоретически невозможен! Более того, теория эволюции идет вразрез с правилами термодинамики. И тем не менее ее упорно продолжают считать научной моделью происхождения мира, а теорию Сотворения – антинаучной. Эволюционная теория противоречит первой главе Бытия; и очень досадно, когда религиозные деятели в вопросе о происхождении человека становятся на позиции эволюционизма.